Телефон справочной по обращениям
в Генеральную прокуратуру
Российской Федерации:

+7 495 987-56-56

Интервью Генерального прокурора Российской Федерации Юрия Чайки газете "Известия"

«С коллегами из Европы мы говорим на профессиональном языке»

Накануне доклада перед членами Совета Федерации генеральный прокурор России Юрий Чайка рассказал в интервью «Известиям» о перспективах цифровой трансформации органов прокуратуры, международном сотрудничестве в условиях санкций, а также объяснил, как строятся сейчас отношения с коллегами из Следственного комитета и почему необходимо расширение полномочий прокуроров в части возбуждения и ведения уголовных дел.

— Юрий Яковлевич, в какой сфере сегодня вы могли бы отметить наибольшее количество выявляемых нарушений закона?

— Сфера ЖКХ и строительство традиционно возглавляют список по числу нарушений закона. Конечно же, в первую очередь речь идет об обманутых дольщиках. Эта проблема существует уже давно, можно сказать, что из года в год количество пострадавших от недобросовестных застройщиков сокращается, однако вопрос по-прежнему — в числе первых. Социальная сфера, к сожалению, также отличается количеством нарушений. Это вопросы обеспечения инвалидов, защиты детей, медицина. Как правило, причин две: чиновничий беспредел и халатное отношение к своим обязанностям.

— Ваше ведомство переходит на цифровой формат. Для чего это делается и какие перспективы у нововведения?

— Генеральная прокуратура настроена на современные подходы в коммуникациях как внутри ведомства, так и при взаимодействии с населением. Мы запустили процесс цифровой трансформации. Это внедрение новых, высокотехнологичных подходов при осуществлении надзора и использование интерактивных сервисов для общения с гражданами, государственными и общественными институтами. Разработкой масштабной концепции цифровой трансформации, которая должна не только отвечать задачам ведомства по надзору и защите прав граждан, но и соответствовать общегосударственному курсу, в настоящее время занимается экспертный совет по цифровой трансформации, в который мы пригласили ведущих российских экспертов IT-отрасли.

Один из важнейших высокотехнологичных проектов Генпрокуратуры — государственная автоматизированная система «Правовая статистика» (ГАС ПС), которая позволит сделать максимально объективной криминальную статистику в России. Сегодня полицейские заводят бумажные карточки учета совершенных преступлений, данные из которых потом должны вручную переносить в цифровой формат и передавать в надзорный орган, Генпрокуратуру. При такой системе возможны фальсификации и искажения, которые исключены при работе в ГАС ПС.

Сегодня новая информационная система Генпрокуратуры тестируется в 27 субъектах России: в нее уже загрузили свыше 5,5 млн карточек учета совершенных преступлений, поставили на учет с помощью ГАС ПС свыше 800 тыс. уголовных дел, около 900 тыс. преступлений и данные о почти 370 тыс. потерпевших от преступных посягательств.

ГАС ПС поможет справиться с еще одним «недугом» правоохранительной системы — потерей жалоб граждан и волокитой при их рассмотрении. Мы планируем создать специальный сервис, доступный в том числе на мобильных устройствах, с помощью которого каждый гражданин сможет подать заявление в правоохранительные органы в электронном виде. Этот документ сразу же будет занесен в систему правовой статистики и зарегистрирован под уникальным номером, после чего автоматически направится по подследственности. При этом автор обращения в любой момент сможет навести справку о статусе своего заявления, где оно находится и кем рассматривается в данный момент.

— Как введенные Европой и Америкой санкции повлияли на взаимодействие правоохранительных органов?

— Несмотря на ограничение экономических связей и непростую политическую ситуацию, взаимоотношения правоохранительных органов остались великолепными, не существует никаких проблем. Совсем недавно я был в Израиле по инициативе израильской стороны. У нас прошли очень успешные переговоры, прорабатывается вопрос о заключении соглашения о передаче России граждан Израиля, совершивших преступления в нашей стране, для привлечения их к ответственности. Израиль готов после всех процедур этих людей забирать обратно для отбывания срока в местной тюрьме. Но осуждены они будут по российским законам.

И с Европой нет никаких проблем и сложностей. Санкции санкциями, но мы говорим с коллегами на профессиональном языке, работаем в правовом поле. И цель у нас одна — это борьба с преступностью, терроризмом, экстремизмом, и нам не надо замыкаться.

Наоборот, мы должны быть открыты и доверять друг другу. Лучшее доказательство правильно выстроенной работы с зарубежными коллегами — это недавние визиты представителей правоохранительных органов Франции, Венгрии, Швеции, Италии, Финляндии, Нидерландов, Германии, Швейцарии. Да и на наш профессиональный праздник в январе приехали коллеги из 30 стран.

— А с Украиной тоже продолжается такая же продуктивная работа, внешнеполитические факторы не повлияли на процесс?

— Мы продолжаем работать с Украиной в рамках закона. Между странами сохраняется экстрадиция — они идут навстречу, мы выдаем по их запросам преступников. Всё, что касается криминала и правовой помощи, работает, как и раньше. За 2016 год на Украину Генпрокуратурой России направлено 414 запросов о правовой помощи по уголовным делам, в I квартале 2017 года — 117 запросов. За этот же период украинской стороной исполнено 410 запросов из России, в I квартале 2017 года — 106. За 2016 год c Украины нами получено 140 запросов по уголовным делам, в I квартале 2017 года — 45, за эти же периоды Россией исполнено 150 и 28 соответственно.

В 2016 году Генпрокуратурой РФ рассмотрено 56 запросов украинской стороны о выдаче лиц из России, в I квартале 2017 года — 19. В 2016 году принято решение о выдаче на Украину 17 лиц, за I квартал 2017 года — 7.

В 2016 году Генпрокуратурой РФ направлено в компетентные органы Украины 35 запросов об экстрадиции в Россию, в I квартале 2017 года — 5. В 2016 году Украиной принято решение о выдаче 17 лиц, в I квартале 2017 года — 7.

Но надо учитывать, что Украиной сейчас некоторые вопросы сильно политизируются. Мы учитываем это в работе и даем оценку запросов. Есть некоторые сложности в попытке наладить диалог с представителями силовых ведомств Украины, не всегда всё гладко, честно скажу.

В 2016 году Украине было отказано в выдаче 26 лиц и 5 лиц в I квартале 2017 года. При этом украинской стороной отказано в выдаче 12 и 3 лиц в 2016 году и I квартале 2017 года соответственно.

— С преступниками ясно. А какую поддержку органы прокуратуры оказывают вынужденным переселенцам с Украины?

— Мы активно занимаемся этой работой, поступают самые разные запросы. Разбираемся в ситуациях. Чаще всего граждане обращаются с проблемами трудоустройства, выдачи необходимых документов для получения вида на жительство, с социальными вопросами. На самом деле таких моментов очень много.

— В последнее время было арестовано пять губернаторов. Какова здесь роль Генпрокуратуры и как сейчас ведется работа в регионах?

— Многим арестам губернаторов предшествовала работа прокуратуры. Большинство нарушений в работе губернаторского корпуса вскрываются именно прокурорами при проведении различных проверок, к которым мы привлекаем специалистов оперативных служб, в первую очередь ФСБ и МВД. Поэтому проверки получаются весьма результативными. Ну и дальше действуем по существующей схеме — направляем полученные материалы следствию, а они уже возбуждают уголовные дела. Далее осуществляем надзор за расследованием, за его законностью, то есть доводим начатое до конца. Но не руководим, как было раньше. Тем не менее следователи нуждаются в нашем профессионализме и навыках и обращаются к нам, несмотря на то что у прокураторы нет процессуальных полномочий. Помогаем советом, участием. Надо понимать, что мы делаем общее дело по защите государства и общества.

— Возникают разногласия с коллегами из Следственного комитета?

— Нет, не возникают. Во-первых, без нас невозможно передать дело в суд. Во-вторых, все понимают, что без прокуратуры ничего не получится. Все-таки у прокуроров достаточно высокий профессионализм — это бесспорный факт. Мы советуем следователям, они сами просят помощи. У нас сложились очень хорошие конструктивные отношения. И то, что было на первоначальном уровне — шероховатости, сложности, — сейчас этого практически нет. Только полное взаимопонимание и контакт.

— Рассматриваются ли сейчас какие-то законодательные новеллы по возвращению прокурорам полномочий по возбуждению уголовных дел?

— Таких инициатив много, постоянно ведутся разговоры вокруг этого. И, на мой взгляд, такое решение было бы правильным и логичным. Важно, чтобы прокурор, осуществляя проверку в порядке общего надзора и выявляя факты совершения преступлений, имел возможность профессионально на них реагировать. Не направлять собранные доказательства следователю и ждать реакции, а самостоятельно доводить работу до логического завершения. Прокурор, реализуя функцию уголовного преследования, выступает от лица государства. Считаю, что такие полномочия — очевидный факт, аксиома, они должны быть по определению. Сейчас этот вопрос находится в плоскости политики, решение должно приниматься законодателями на уровне руководства страны.

— А прокуратура готова взять на себя такую функцию?

— Не просто готова. Так работает весь цивилизованный мир. Прокуратура либо руководит расследованием, либо сама расследует уголовное дело. Другого не дано. К сожалению, у российской прокуратуры сейчас нет ни того ни другого. В этом вопросе наша страна отнюдь не на лидирующих позициях.